Kerrang "The Lizard King", Jul'00



© Перевод Liquid_Blues для Placebo Russia
Полная или частичная перепечатка допускается только с разрешения переводчика.



Король ящериц*

Балуется героином. Отказывает Каприс. Шлет Мерлину Менсону розы. Проводит тайные вечеринки трансвеститов у себя дома. Все это мерзкие, мерзкие делишки фронтмена группы Пласибо Брайана Молко.

В фотостудии в Северном Лондоне, окружив себя армией льстивых стилистов в белых майках и джинсах-бедровках, новоиспеченная рок-звезда выставляет себя напоказ. Снова.

Спустив брюки до лодыжек, он прячет член между ног а-ля Баффало Билл из «Молчания ягнят» и скользящей походкой идет к зеркалу, чтобы посмотреть на черный треугольник лобковых волос «там внизу». Когда студийная стереосистема, настроенная на радио XFM, взрывается песней Chemical Brothers ‘Let Forever Be’, наш юнец начинает пародировать Ноела Галлахера, приглашенного вокалиста: «Как это, когда тебе засовывают в задницу?».
Добрый день, мистер Молко, как ваши чертовы дела?

У Брайана Молко все хорошо и он все еще денди, спасибо. Его фирменный черный боб, столь подражаемый фанатами повсюду, исчез, а чистая кожа и блеск в глазах создают впечатление, что фронтмен Пласибо и вправду здоров и счастлив.
«Когда мы выступали на фестивале Big Day Out в прошлом году, я прочитал в Керранге, что растолстел. Если вы купите свежий выпуск Керранга на этой недели, то убедитесь, что я снова в форме.»

Такой самоанализ – классика в исполнении Брайана Молко, образцовое поведение рок-звезды.

«Умный музыкант, - лукаво подмечает своим фирменным визгливым назальным голосом, - тот, кто понимает, что его используют мас-медиа и точно так же использует их в ответ.» Когда в 1996 году Пласибо зажгли британскую музыкальную сцену релизом своего одноименного дебютного альбома, харизматичный вокалист стал бОльшим экспертом в создании имиджа рок-звезды, чем кто-либо. Появились как двусмысленные открытия вроде «изменчивой сексуальной ориентации» Молко, так и совсем прозрачные намеки на злоупотребление наркотиками и беспорядочные половые связи, кульминацией которых стало высказывание о «следах крови и спермы», оставленных коротышкой и его группой на трех континентах. Переодевание в женскую одежду, враждебные комментарии, насмешки вроде «Эта песня посвящается 50 тысячам преступлений против моды» на фестивале Big Day Out почти гарантировало группе армию преследователей и угроз.
Все это закрепило в пантеоне рок-легенд Брайана Молко, карманного 21 century boy, которому удалось совместить героический упадок Игги Попа, яркую андрогинность Девида Боуи и мессианскую веру в себя Джима Моррисона.

«Важно иметь рок звезд», - улыбается Молко, окружен своими лейтенантами Стефаном Олсдалом и Стивом Хьюиттом, попивая Seabreeze коктейль, развалившись на уютном диване в модном Chalk Farm’s Bar-Tok. «Ты должен посмотреть на сцену и увидеть что-то поражающее. Что-то, от чего ты захочешь стать фриком. Рок вообще вещь ненормальная, но большинство того, что сейчас принято называть «рок-музыкой», можно спокойно сыграть своей бабушке.»

«Я помню, Дейв Гэан как-то сказал: «Жизнь рок-звезды – это опасная, тяжелая работа», и он был прав. Время от времени надо делать перерыв, чтобы склеить скотчем клетки своего мозга. На какое-то время мы становимся героями мультфильма, но нам снова нужно стать нормальными людьми. Надо возвращаться к нормальному состоянию, чтоб, когда наступить время, снова стать настоящими рок-звездами.»

Но никто не хочет, чтоб вы были «нормальными» - уже существует тонны «нормальных» рок-групп. Мы хотим, чтоб вы были больше, чем рок-звезда в жизни.

«Надеюсь, мы «рок-звезды»», - говорит Молко с улыбкой до ушей. «Но я не хожу с боевой расскраской и в колготках в сеточку дома».
«У меня дома ходишь», - отрицает Стив Хьюитт. Молко смотрит на него с мастерски сыгранным негодованием. «Я же говорил тебе не рассказывать о наших тайных вечеринках трансвеститов», ворчит он. «Но если кто-то волнуется, чтобы мы не стали слишком нормальными, не надо...»

Брайан Молко говорит, что гордится своим происхождением из той же рок-родословной, что и Боуи, Игги и Лу Рид. «Я раньше позировал в стиле Джима Моррисона, это был мостмодернистический кивок в прошлое», - он улыбается. – «Но я не воспринимаю все это слишком серьезно.»

Восхищаетесь ли вы рокерами, которые не упускают ни одной возможности перепихнуться?
«Я восхищаюсь их выносливостью», - пожимает плечами Молко, «но я больше восхищаюсь творчеством людей, чем славными мифами, которые их окружают. Святая троица панка – это “The Clash, The Pistols, The Damned”, но без The Stooges и MC5 не было бы панка вообще. Мне также нравились The Doors, но после выхода фильма я не могу их слушать, не думая об Оливере Стоуне.

«Знаешь, рок-н-ролл сейчас совсем не тот, что раньше», - вздыхает он. «У рок-звезд нет столько денег, да и с появлением СПИДа вечеринки не настолько сумасшедшие...»

Да бред все это. Я знаю столько рок-звезд, которые совсем не против перепихнуться, когда им это преподносят на блюдце. «Я всегда отказываюсь», - отрицает Молко. «Да, о ужас – Молко не спит с кем попало! Я уже полтора года в отношениях. Но искушение всегда есть.»
Так ты сейчас лучше ему противостоишь?
«Конечно», - вздыхает он, ухмылясь. «Вот Каприс подошла ко мне на MTV Awards, и у меня появилось ощущение будто 13-летняя школьница ко мне пристает. Тогда я развернулся к моим музыкантам и сказал: «Окей, смотрите как я смогу отшить Каприс», а у них упала нижняя челюсь. Думаю, весь этот шум вокруг того, что я ее отшил, был больше, чем если я бы с ней переспал.»
Стив Хьюитт наигранно закатывает глаза в Молко за спиной. Он ничего не говорит. И не надо.
Это Брайан Молко, которого мы любим/ненавидим (нужное вибрать по вкусу): напыщенный, вульгарный, несколько самодовольный и чуть-чуть мелодраматичный. За те пару часов, которые мы провели в компании с Пласибо, Брайан придерживался книге «Я – рок-звезда», созданной его славными предшественниками. Он снисходителен (когда говорит о «Гемоглобине», одном из треков с нового альбома, который [«Гемоглобин»] является его версией песни ‘Strange Fruit’ джазовой певицы Billie Holliday, но он «сомневается, что это что-нибудь говорит читателям Керранга»), параноидален (когда говорит о том, что невозможно избежать негативной реакции, когда выйдет новый альбом), и уникален (размышляя об общедоступности Пласибо, он утверждает: «мы еще не массовый товар, надеюсь, мы все так же раздражаем людей»).

Одним из тех, кого раздражают Пласибо, является лидер Limp Bizkit Фред Дерст. Группа все еще понятия не имеет чем они так насолили Дерст-еру.

«Я стараюсь не быть конфликтным», - улыбается Брайан. «Но случается. Мы играли на KROQ шоу в Нью-Йорке с Кидом Роком и Фред Дерст выпрыгнул на сцену и начал нас оскорблять. Наш менеджер разозлилась и выставила его из помещения. Мы говорили Киду Року: «Успокой своего приятеля», а он ответил: «Он мне не приятель.»
«На следующий день Говард стерн разговаривал с Фредом по телефону в эфире своего радио шоу и сказал ему: «Фред, ты чертов уебок.», на что Кид Рок ответил: «Ребята были классными, я не знаю в чем проблема Фреда.» Люди говорять, у меня есть склонность к провокации, но кажется, мне даже не надо ее использовать.»

Как и все настоящие рок-звезды, Брайан Молко умеет виртуозно хвастаться связями, приправляя свои разговоры фразами «Боуи/Боно/Стайп когда-то мне говорил...». Он также знает, что его считают привлекательным. Когда пресс-секретарь группы говорит: «Тебе нужно выбрать девченку», губы Молко растягиваются в хищной улыбке и он отвечает: «Да, но не только девченку.»
Все это однозначно образцовое поведение рок-звезды, но Молко старается не стать еще одним клише, и поэтому не распостраняется в деталях о своем прошлом гедонизме. Но когда его спрашивают, удалось ли группе «успокоиться» в туре, он громко хихикает.

«Что ты думаешь? Невозможно быть нормальным в туре. Мы сыграли много концертов с Сатаной, и они были сумасшедшими.»

Подожди, вы играли с Сатаной?
«О, так мы зовем Мерилина Менсона», улыбается Молко, довольный реакцией на свое остроумие. «Мы с Менсоном всегда пьем абсент перед концертами и все становится довольно беспорядочным. Он наливает мне тройную дозу, себе же только чуть-чуть, и я всегда говорю: «Оой, Сатана, что такое, не можешь пить свое бухло?». Это большой куш для Керранга, «Сатана не может пить свой алкоголь.»

Ты недавно расговаривал с Сатаной, неправда ли?
«Нет, это было достаточно давно», пожимает плечами Брайан. «Но я послал ему розы, когда он сломал лодыжку.»
«Мы запретили некоторые вещества класса А в туре после того, как я поругался со Стивом из-за какой-то мелочи.», продолжает он, когда его друзья по группе и я наконец прекратили смеяться. «Некоторые наркотики разлагают мозг. И они все равно слишком дорогие.»

Во время переыва в туре “Without you I’m nothing” один британский журнал напечатал фото Брайана Молко в нездоровом виде во время горячего шоубиз-мероприятия. Подпись «Что же к черту творится с Брайаном Молко?» подогрела слухи о том, что Молко снова балуется героином.

«Люди хотят, чтобы я был обдолбан, почти как Курт Кобейн. Этот наркотик был в моей жизни и покинул ее давно. Мы испробовали все в первые года славы, сейчас все это вышло из наших организмов и мы можем концентрироваться на важных вещах.»
«Я пошел на вечеринку без макияжа, меня сфотографировали с Боуи и Питом Таунсендом и еще кем-то из “NIN”, а они пишут о моих прыщах.», - вздыхает он скептически. «Это типично для британской желтой прессы.»
«Люди, которые никогда не рискнут связаться с такими наркотиками как героин, ассоциируют их со знаменитостями, так что они сами могут купить себе частичку этой фантазии», добавляет Стив Хьюитт.
«Они хотят ощутить эту опасную тайну, не подвергая себя опасности.»

«Вы же сказали, что мы выглядим очень здоровыми и счастливыми», - смотрит мне в глаза Молко. «Если бы мы сидели на наркоте, мы бы так не выглядели. Мы не наркоманы и у нас нет какой-либо зависимости. Эта группа приносит мне больше кайфа, чем любой наркотик. Мысль о том, что мы скоро полетим в Москву волнует меня больше, чем мысль о грамме кокаина. Эта группа дает мне жажду к жизни.»

Когда рок-звезды бросают наркотики, держат члены в брюках, остается единственный способ выставить напоказ свой нетрадиционный статус. Следуя стопами Боно, Стайпа и Боуи, у Молко есть «своя политика».

«Есть столько вещей, которые злят», - щебечет он с политически пробужденной энергией. «думаю, социализм еле существует в этой стране, но гомофобия все еще жива. Это гребанный мир.»
«Майские и антикапиталистические протесты случились, когда мы были в студии, и это нас завело. Мы развернули газету и увидели, что кто-то нарисовал зеленого индейца на статуе Уинстона Черчилля, и это было гениально. Мне бы хотелось пойти в полицейский участок, в котором был задержан парень, сделавший это, выкупить его под заставу, пожать ему руку и сказать «Это было супер, ублюдок.». Это так вдохновляюще.»

Трахать систему – это все еще часть этики Пласибо?
«Да, потому что система по своей сущности гребанная, поэтому мы прожолжаем ее трахать», - улыбается Стив Хьюитт. «Нельзя просто успокоиться».

«Поэтому Боно, Боуи и Стайп - великие», соглашается Молко. «Они никогда не успокаиваются и продолжають принимать радикальные, правильные меры.»

Для сведения, великий Молко придерживается следующих взглядов: «Старая лейбористская партия была лучше новой, выставочный центр Millenium Dome – пустая трата денег, нельзя финансировать чужие войны, все политики одинаковые, королевскую семью надо уничтожить, а Букингемский дворец сделать приютом для бездомных.
«Так приятно видеть что, люди снова интересуются политикой», - улыбается Молко. «Надо толкать людей, пока они не выйдут и начнут бороться с этим дерьмом. Наконец люди снова выходят на улицы и это хорошо.»

Но легко говорить богатой поп-звезде. Ты же не вкалываешь на фабрике.
«Ну-ну, я работал на чертовой фабрике», - возмущенно вставляет замечание Хьюитт.
«Хорошо, я не работаю на фабрике», - признает Брайан. «Но это же хорошо, что есть осознанные люди среди знаменитостей».

То есть, нет ничего, что может помешать вам нарисовать еще одного индейца на статуе Уинстона Черчилля сегодня ночью?

«Нам надо репетировать», - улыбается он.

Это просто никакая отговорка.
«Да, я знаю», - смеется Молко. «Но мы, по крайней мере, ответственные».

В понедельник, 9 октября, мир увидит «красивый взрывный гермафродитный ребеночек» Пласибо, их третий альбом, который пока еще не имеет названия. Его записали в Лондоне с Полом Коркеттом, который сводил “WYIN” , и Молко описывает альбом как «более тяжелый, темный, рокерский, более энергичный», чем что-либо, созданное группой до этого момента.
«Он довольно мрачный и является квинтэссенцией всего, что мы уже сделали», - сияет он. «Первый альбом был для нас познанием, второй – тением между нами и нашим продюсером Стивом Озборном, но в этот раз все прошло гладко и мы довольны результатами. Наша музыкальная изюминка стала больше».

Если первый альбом был гедонистским, во втором вы успокоились, каким же будет третий?

«Это злость и энергия», - улыбается Молко. «Это последняя часть трилогии. Следующий альбом может стать отправной точкой. Мы хотим быть легендарными, нас больше интересует долголетие, чем мимолетная яркая карьера. Ми не думаем о самоубийстве, у нас нет зависимостей, которые начинаются с буквы «Г», мы хотим писать хорошую музыку и через 10 лет. Если откинуть всю фигню, ключом нашего долголетия на сцене будет наша музыка, а не мифы, окружающие нас».

Первый сингл с третьего альбома “Taste in men”, развязный, решительный гимн, в котором слышется ‘Block Rockin Beats’ Chemical Brothers и Sonic Youth & The Stooges.
«Это доказывает, что мы не боимся.», - улыбается Молко. «Когда все думали, что будет вторая Nancy Boy, мы выпустили Pure Morning, и это еще раз подтверждает – мы снова поимеем ваши мозги».

Наше время с мистером Молко и его веселыми ребятами заканчивается. Когда встаю, чтобы пойти в туалет, вижу трио улыбающимся до ушей.
«Вы получили свое?» - задумчиво спрашивает Молко. Да, спасибо, отвечаю я. Как только я поднимаю свой диктофон, вижу, что пленки в нем нет. Брайан?
Певец взрывается смехом и достает пленку из-за спины.
«Мы хотели позабавиться», - хохочет он. «Я только представляю как ты бы умолял нас завтра об еще одном интервью».

Хи-хи, блядь.
Мы снова выходим в солнце Камдена. Когда Стефан Олсдал и Стив Хьюитт спрашивают о «потеряном уикэнде**», на ангельском лице Молко появляется ухмылка.

«Будь послушным», - улыбается он. «За 50 фунтов тебе сделают полный комплект***»

Чертовы рок-звезды.

* альтер-эго Джима Моррисона
** Потерянный уикэнд – книга о недели пьянства, секса и наркотиков. Похоже, так Молко и ко еще называли свои вечеринки трансвеститов.
*** Сделают эпиляцию, накрасят, т.д. Похоже, это была угроза затянуть журналиста на свою вечеринку, если тот напишет что-то плохое.