Placebo. Rock sur ordonnance. Перевод книги. Часть 3

5

Секс, наркотики, рок-н-ролл

Психотропные вещества

Этот громкий триумф стал – в особенности для Брайана – началом периода «секс, наркотики, рок-н-ролл». По признанию лидера Placebo, ему трудно было лавировать между профессиональным успехом и «нормальной» жизнью. 

«Петь на сцене – это очень извращенная форма эксгибиционизма. В действительности нужно чувствовать себя очень неуверенным, чтобы добиваться признания людей, которых я никогда не узнаю и которые, встреть я их однажды, возможно не понравились бы мне! И которым точно так же не понравился бы я, если бы они меня действительно узнали. Но мне это крайне необходимо, чтобы ощущать себя живым. […] На сцене – я не вру – я чувствую себя как стриптизер эмоций, как экзотический танцор. Я даю возможность проявиться «бешеной», взрывной стороне своей личности. Сцена – как наркотик; выступая к примеру в Берси, я получаю огромный кайф, а после концерта начинается отходняк. Поэтому многие музыканты принимают наркотики и употребляют алкоголь – чтобы избавиться от этих мучений, вызванных нисхождением их эго». (Брайан Молко)

Весь мир был открыт для Placebo, и они заигрывали с успехом и со свойственными ему опасностями – как до них это делали Дженис Джоплин (Janis Joplin), Эрик Клэптон (Eric Clapton) и Джим Морриссон (Jim Morrisson). 

Избавившись, казалось бы, от пут строгого воспитания и несчастливого детства, Молко с абсолютным неистовством стал эксплуатировать образ играющей в саморазрушение рок-звезды, давая тем самым прекрасный материал таблоидам. Постоянно ведомый желанием заставить говорить о себе и желанием спрятаться за свой сценический образ, Брайан стал героем многочисленных статей, смакующих его похождения. Опасная игра… между ликованием и сожалением. 

С тех пор рокер часто заставлял говорить о себе – особенно во время различных алкогольных after-party и шоу-бизнесовых мероприятий. Так, в 2002 году во время вручения музыкальных наград Брайан Молко, в стельку пьяный, перевернул огромный стол со стаканами и бутылками прямо перед камерами. 

Вопрос меры

Выйдя наконец из подросткового периода, наполненного удушающей тоской, Брайан заинтересовался психотропными веществами, весьма распространенными в рок-среде. Его склонность к экспериментированию, тем не менее, помешала ему погрязнуть в них душой и телом. И хотя он признается в том, что имел большие проблемы с зависимостью от кокаина и героина, нужно отдать ему должное: он сознательно никогда не рекламировал эти запрещенные препараты перед поклонниками Placebo. 

В течение карьеры группы Брайан напишет множество текстов, имеющих тонкие отсылки к различным наркотикам ('Special K', ‘Commercial For Levi’…) И нужно будет дождаться альбома ‘Sleeping With Ghosts’ в 2003 году, чтобы эти референции наконец исчезли. «Берегите себя! Вот основной посыл песни. ‘Commercial For Levi’ – не против наркотиков, но вместе с тем она и не пропагандирует их. Я бы сказал, что эта песня агитирует за умеренность». (Брайан Молко)

«'Special K' – это такая себе форма анализа. На самом деле там процесс влюбленности сравнивается с употреблением наркотиков. В обоих случаях сначала наступает невероятный кайф, а потом ужасный отходняк. Так и есть, с этим ничего не поделаешь!» (Брайан Молко)


6

Золото и бархат

Блестки и большой экран

В 1997 году режиссер Тодд Хейнс (Todd Haynes) связался с Брайаном, чтобы предложить ему роль некоего Малкольма, вокалиста вымышленной группы Flaming Creatures, в своем новом фильме. Это полнометражное кино подробно рассказывает о появлении в начале 70-х движения глэм-рок. Его главные персонажи недвусмысленно напоминают Дэвида Боуи периода Ziggy Stardust и покойного Марка Болана (Marc Bolan), эксцентричного лидера группы T-Rex, на песню которой '20th Century Boy' Placebo сделали кавер для оригинального саундтрека к фильму. 

Брайан появился на съемочной площадке в компании Стива Хьюитта, который превратился в Билли – глэмового ударника все тех же Flaming Creatures. Их компаньонами по фильму стали Эван Макгрегор (Ewan McGregor) и тогда еще дебютант Кристиан Бэйл (Christian Bale). 

«Они дали мне роль в фильме, и я сказал: «Послушайте, было бы хорошо, если бы вы дали роли и моим товарищам, и если вы хотите, чтобы кто-то сделал кавер на '20th Century Boy', то мы можем это сделать для вас». Вообще, это все благодаря Тодду Хейнсу, режиссеру фильма. Я был и сегодня остаюсь большим поклонником того, что он делает. Когда я был маленьким, его фильмы перевернули мое сознание, а то, что сюжет касался глэм-рока, мне было плевать. Я просто хотел появиться в картине Тодда Хейнса». (Брайан Молко)

Фильм, представляющий собой нечто среднее между романизированным байопиком и уорхолической притчей, вышел на экраны в начале декабря 1998 года. Это кино – ода низвержению общепринятых правил (особенно много здесь намеков на Оскара Уайльда, настоящего революционера в вопросе нравов и двусмысленности) и блестящему року, где гомосексуальность и наркотики сливаются воедино в броском и роскошном мире. 

Этот яркий во всех смыслах фильм рассказывает историю Артура, молодого британского журналиста, который отправляется в Нью-Йорк расследовать восхождение на вершину славы и падение своего идола – иконы глэм-рока Брайана Слэйда. Последний женат на некой Мэнди и имеет гомосексуальную связь со звездой американской рок-сцены Куртом Уайльдом. Это расследование помогает Артуру вернуться в свое отрочество и понять, как Брайан Слэйд и Курт Уайльд перевернули его жизнь. Фильм – настоящий трибьют глэм-року, чьими достойными последователями, несомненно, и являются Placebo. 

Золотое время для глэм-рока началось в первой половине 70-х годов, но продлилось всего до начала 80-х. Это движение – чье название происходит от английского 'glamourous', что значит «яркий, ослепительный» – характеризуется подлинным желанием вернуться к истокам рока с его тягой к провокациям и разного рода излишествам – как на сцене, так и в обычной жизни. 

Во многих отношениях глэмовые группы и исполнители являются достойными наследниками дендизма, столь дорогого сердцу писателя Оскара Уайльда, чьи фантазийные наряды и выходки долгое время так живо обсуждались на светских обедах викторианской Англии. Чудаческие костюмы – несомненно, одна из важнейших составляющих глэм-рока: высокие каблуки, блестки, бархат и макияж позволяли артистам подчеркивать свой образ – андрогинный, двусмысленный, бисексуальный, как это делали Дэвид Боуи и Марк Болан. В период возрождения этого движения в середине 90-х вместе с такими группами, как Placebo и Marilyn Manson, «готический» дух постепенно пришел на смену «блестящему року». 

«Между прочим, как бы удивительно это ни звучало, ни у одного из нас дома нет альбомов T-Rex. Честно, клянусь, ни у кого!» (Стефан Олсдал)

Несмотря на многочисленные кинематографические предложения, которые последовали после выхода Velvet Goldmine, Брайан и его товарищи так больше и не снялись ни в одном фильме – в основном по причине отсутствия интересных сценариев, но также и из-за сверхплотного графика. 

«Нам предложили сыграть Judas Priest в фильме с Дженнифер Энистон из «Друзей» и Марком Уолбергом, но после прочтения трех страниц сценария мы сказали: «нет, спасибо!», даже несмотря на то, что там предлагались большие деньги. Потому что мы не хотели, чтобы за нами потом закрепился образ группы, которую можно купить для съемок в фильме. К тому же, мне хотелось бы чего-то, что совершенно не было бы связано с музыкой, хотелось бы поработать с молодыми французскими режиссерами, например, с Виржини Депант (Virginie Despentes), с которой я знаком и которой безмерно восхищаюсь. Сняться в чем-нибудь опасном, что было бы своеобразным вызовом, но это вопрос времени». (Брайан Молко)

Съемки в Velvet Goldmine были закончены, и Placebo вновь отправились в тур, в рамках которого триумфально выступили на фестивале Rock à Paris на стадионе Parc Des Princes вместе с такими мастодонтами, как непотопляемый Дэвид Боуи, американская фольклористка Шерил Кроу (Sheryl Crow) и Бен Харпер (Ben Harper). 

Престижные встречи

Лето обещало быть насыщенным. Брайан Молко и его компаньоны были приглашены на одиннадцать престижных европейских фестивалей: Glastonbury (в Англии), Roskilde (в Швеции), la Route du Rock в Сен-Мало, Eurokéennes в Белфорте… В середине этого музыкального марафона странным образом затесалась одна японская дата. 

6 сентября Placebo получили предложение выступить на разогреве у U2 – на пяти концертах в рамках их 'Pop Mart Tour 1997'. В Parc Des Princes – перед почти 45 000 человек, Монпелье, Лиссабоне, Мадриде и Барселоне – перед 90 000 зрителей. Роскошь, рок и наслаждение: группа путешествовала на частном самолете вместе с Боно. 

«Когда проводишь время вместе с Боуи, Майклом Стайпом, Боно, это учит тебя многим вещам, в частности тому, как быть… «лучшей звездой». Эти люди – легенды: самое прекрасное, чему ты у них учишься, это тому, что ты можешь стать легендой, и при этом вовсе необязательно иметь кого-то в зад!» (Брайан Молко)

Единственный недостаток во всем этом для Брайана – его беспричинная боязнь самолетов, которую он «лечит» при помощи водки. «Я боюсь самолетов: каждый раз, когда я поднимаюсь на борт, осознаю, что я смертен. Я их ненавижу, но и без них не могу». (Брайан Молко)


7

С тобой или без тебя…

В направлении нового альбома

Давая концерт за концертом – как сольные, так и на всевозможных фестивалях – группа осознала, что в сценическом плане «вытянула» из первого альбома все, что было возможно, и серьезно задумалась над тем, чтобы снова вернуться в студию. Тем более что несколько новых песен они уже играли на своих выступлениях. 

К тому же, Placebo хотели наконец записаться в новом составе, вместе со Стивом. «Когда мы играем втроем, в этом есть нечто психоделическое. Каждый развивает возможности своего инструмента, но все вместе мы сливаемся в единое целое. На уровне творчества я не думаю, что мы могли бы играть с кем-то другим». (Стефан Олсдал)

В Hut Records, так же как и в самой группе, считали, что новый альбом должен быть хорошо продуманным и записанным без ненужной спешки. Большие цели и ожидания!

Звуковая депрессия

К подготовке нового альбома Брайан, Стефан и Стив приступили вместе со Стивом Осборном (Steve Osbourne), продюсером культовой пластинки U2 'Achtung Baby'. Вся команда разместилась в здании старинной мельницы на юге Англии, где Питер Гэбриэл (Peter Gabriel) построил свою легендарную студию 'Real World'. Владелец здешних мест называет ее экологической жемчужиной, расположенной посреди пруда.

Согласившись со Стивом Осборном, для новой пластинки группа выбрала более сложную – в сравнении с дебютным альбомом – музыкальную линию. «Если людям понравился наш первый диск, то этот им должен понравиться еще больше. Он сделан намного лучше». (Стефан Олсдал)

Определенный самой группой как альбом о «посткоитальной депрессии», новый диск раскрывает состояние своеобразной хандры и усталости, которое человек может ощущать после занятий любовью. 

«В эмоциональном плане этот альбом, без сомнения, более глубокий, чем первый. Но в то же время на нем есть более легкие вещи, как 'You Don't Care About Us', например. Вообще, это довольно шизофреническая пластинка: там все идет снизу вверх. Переход от 'Summer's Gone' к 'Scared of Girls' – реально большой скачок в настроении. Там много говорится о наших сердечных страданиях, о том, что нам довелось пережить за последние два года. Безумие бесконечных дорог, да и факт того, что ты играешь в группе, у которой дела идут более чем хорошо…» (Стефан Олсдал)

Утро успеха

По возвращении в столицу Туманного Альбиона Placebo записывают последние треки и занимаются сведением нового диска, который получил название 'Without You I'm Nothing'. Но вот гениальным ходом, который группа использовала при создании 'Pure Morning', записанной в последние минуты, она обязана другому продюсеру – Филу Вайналу (Phil Vinall). Абсолютно линейная, положенная на чистый ударный бит, 'Pure Morning' остается одной из песен Placebo, наиболее прочно укоренившихся в коллективном бессознательном. 

«Это определенно самая простая для восприятия песня на альбоме, та, над которой задумываешься меньше всего. Она очень легкая в сравнении с тем, что мы делали раньше». (Брайан Молко)

Последний [записанный] трек с диска 'Without You I'm Nothing' стал первым синглом, который вышел в конце лета и сразу же отправил группу на четвертое место британских чартов. Вскоре 'Pure Morning' станет для них ключом к международному успеху. 

«На написание 'Pure Morning' меня вдохновили две мои подруги; знаешь, это своего рода восхваление дружбы с женщиной. Но это также песня о своеобразной ломке, когда твой день заканчивается, в то время как для всех остальных он только начинается. Ты чувствуешь себя полностью отрешенным от мира, и все, чего хочется, – чтобы друг обнял тебя и облегчил эту ломку». (Брайан Молко)

Угрозы на автоответчике

Альбом 'Without You I'm Nothing' в качестве спрятанного трека содержит в конце диска удивительный сюрприз под названием 'Evil Dildo'. Эта фактически инструментальная песня – отличный пример noisy pop, под которым кроются мучительные терзания. Под лавиной впечатляющей дозы дисторшена (эффект искаженного звука. – прим. пер.) слушатель обнаруживает настоящее сообщение, оставленное неуравновешенным фаном на персональном автоответчике Брайана Молко: «Эй, сукин сын, я слежу за тобой. Я знаю, где ты живешь. Я отымею тебя в задницу. Заберусь в твою комнату, откушу твой член, засуну себе в рот и буду жевать его своими маленькими зубками».

В качестве определенного вывода эта устрашающая песня может служить невероятным примером той жестокости, которую способна извергать душа человека. 

Дуэт богов

В начале октября группа отправилась в новое турне. В это же время сингл 'Without You I'm Nothing' выходит в новой версии – в дуэте с Дэвидом Боуи, причем желание изъявил сам мэтр. 

«Мы ее не перезаписывали. Он пришел, записал голос, а мы потом все смиксовали. На самом деле, мы с Дэвидом собирались выбрать песню для Brits Awards. А у них традиция – играть каверы на классические английские песни. Ну, и так как мы уже записали кавер '20th Century Boy' для фильма Velvet Goldmine, я предложил Дэвиду спеть ее на Brits. Он согласился. Позже он звонит мне и говорит: «Мы должны спеть 'Without You I'm Nothing', это моя любимая…». Я ему отвечаю: «Не думаю, что Brits Awards это понравится». В итоге он у них спросил и они сказали: «Мы предпочитаем '20th Century Boy'». И мы с Дэвидом решили сделать ее синглом: он уже написал свою гармонию. Он по-настоящему хотел стать частью этой песни. Это огромная честь для нас». (Брайан Молко)

Stardust

«Тот факт, что мы записали песню вместе с Боуи, создает у всех впечатление, будто мы были его фанатами. Конечно, нам нравятся его альбомы, он один их тех артистов, которыми мы восхищались, но он не оказал такого уж сильного влияния на нашу музыку. У нас особенные отношения. Вот Роберт Смит (Robert Smith) и Иэн Маккалох (Ian McCullouch) гораздо больше сходили с ума по Боуи, чем мы». (Брайан Молко)

Дэвид Боуи, которого многие поклонники группы и большая часть рок-прессы окрестили духовным отцом Placebo, в начале 70-х, несомненно, был самой важной фигурой глэм-рок-движения. Родившись в 1947 году под именем Дэвид Джонс (David Jones), спустя двадцать лет он изменил его на Дэвид Боуи – чтобы избежать путаницы с Дэйви Джонсом (Davy Jones), вокалистом The Monkees. С самого начала карьеры – в основном благодаря психоделической театральности своих выступлений – Боуи изобретает собственный неповторимый стиль. В 1970 году он выпускает первый альбом 'The Man Who Sold the World' и сразу же провоцирует скандал тем, что появляется на обложке одетым в женское платье.

С выходом альбомов 'Hunky Dory' в 1971 году и 'The Rise ans Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars' в 1972-м поп-вселенная стала свидетелем рождения своего самого яркого артиста. В 1973 году певец «убивает» своего изумительного двойника Зигги Стардаста, чтобы вернуться к новым музыкальным экспериментам. Он примеряет на себя роль продюсера, работая над пластинками 'Transformer' Лу Рида (Lou Reed) и 'Raw Power' The Stooges. 

Его возвращение в качестве исполнителя произошло с выходом совершенно авангардистской трилогии – легендарных альбомов 'Low' и 'Heroes' в 1977 году и 'Lodger' в 1979-м, записанных в Берлине под психотропами. Но наибольший коммерческий успех завоевала полуроковая, полутанцевальная пластинка 'Let’s Dance', выпущенная в 1983 году. Популярность мэтра в 80-х утвердили еще несколько гениальных творений: хитовые 'Ashes to Ashes', 'Under Pressure' (в дуэте с Queen) и 'Dancing in the Streets' (в дуэте с Миком Джагером).

В начале 90-х Боуи основал группу Tin Machine, которая смогла добиться лишь посредственного успеха. Его громкое возвращение произошло на изломе второго тысячелетия с выходом потрясающего альбома 'Hours' и последовавшего за ним 'Heaten' в 2002 году. 

Несмотря на то, что некоторые до сих пор считают Боуи музыкальным оппортунистом, так или иначе он остается легендарным музыкантом, навсегда вписавшим свое имя в список наиболее влиятельных артистов ХХ века. 

Чертова Америка!

Тем временем Placebo выпустили сингл 'You Don't Care About Us', который сразу же закрепился на пятой позиции английского чарта. «Эта песня – обращение ко мне. Она написана с позиции человека, с которым у меня были отношения. Там есть строчки: ‘You're at the wrong place, you're on the back page’. Это то, что я обычно делаю: у меня есть привычка представлять конец романтических историй в тот момент, когда они только начинаются. И когда ты это делаешь, то портишь все с самого первого дня, но именно так я часто себя и вел в отношениях. Мне кажется, как автора меня не всегда правильно понимают – люди верят, что всю эту злобу, язвительность и подлость я адресую кому-то, но на самом деле чаще всего другие люди адресуют их мне. И в действительности я очень самокритичен». (Брайан Молко)

В команде Placebo, между тем, царила эйфория: они вновь собирались в американское турне. Но увы, концерты нового тура в Америке собрали еще меньше публики, чем предыдущие. Разочарованная группа была рада вернуться в родную Англию. «У нас не клеится с США. Мы немало гастролировали там последние два года, но, если подумать, это ничего нам не дало. У нас есть там небольшое количество поклонников, но мы продали не более 2 000 дисков, это просто смешные цифры, учитывая размеры американского рынка». (Стив Хьюитт)

Ободренные концертом в парижском Zénith, который состоялся в середине февраля при полном аншлаге, Placebo вновь отправляются в Америку. Опасаясь за успех нового тура, Брайан и его товарищи – и их можно понять! – решили взять на разогрев металл-группу Stabbing Westward. Но американская мечта Placebo обернулась для них новым кошмаром… И только счастливое вмешательство Дэвида Боуи, приехавшего, чтобы исполнить с группой 'Without You I'm Nothing' и '20th Century Boy' на концерте в Irving Plaza в Нью-Йорке, спасло трио от полного провала. Поэтому неудивительно, что на гастроли в Австралию группа улетала с кучей страхов и опасений. Но несмотря на еще более низкую посещаемость австралийских концертов, прием публики был намного теплее, чем в США. 

Вернувшись в Европу, Placebo отыграли на десяти фестивалях, после чего подтвердили две южно-африканские даты вместе с рыжеволосой Ширли Мэнсон и ее группой Garbage. Позже они вновь вернулись в Австралию, чтобы разогревать в туре группу Silverchair. 

К концу 1998 года, несмотря на бойкот американской публики, группа могла похвастаться тем, что продала более миллиона копий своих альбомов по всему миру!